В результате ударов повреждены и объекты инфраструктуры в Белгородской области, включая ТЭЦ «Луч». Была прекращена подача электроэнергии и воды в Белгород. С начала 2026 года в результате украинских атак беспилотниками пострадали, остановили или сократили производство более 20 крупных нефтеперерабатывающих заводов и нефтяных терминалов в европейской части России, что привело к потере около четверти всех нефтеперерабатывающих мощностей РФ.

Известный российский ученый-экономист, сооснователь Высшей школы экономики, научный руководитель Департамента маркетинга НИУ-ВШЭ в 2003—2014 годах профессор Игорь Липсиц рассказал в беседе с haqqin.az, как эти атаки влияют на российскую экономику.

— Как вы оцениваете состояние экономики РФ на фоне ударов ВСУ по объектам российской нефтяной инфраструктуры? Насколько устойчива российская экономика?

— Говорить в целом об экономике, в которой есть разные отрасли и сферы, довольно сложно. Но можно говорить о проблемах в энергетическом секторе, которые очевидны и будут нарастать. Потому что часть пораженных НПЗ не будет восстановлена. Обратите внимание, возникла совершенно четкая коллизия между интересами государства и бизнеса. Ее суть в том, что государству нужен бензин и дизельное топливо для поддержания стабильности военных действий в Украине, сельского хозяйства, социальной сферы. Люди давно пересели на автомобили и уже по-другому не мыслят свою жизнь. Это интересы государства.

Но интересы нефтяных компаний не вполне с этим совпадают. Потому что из-за начатой государством войны уничтожаются частные активы НПЗ, восстанавливать их надо за счет средств этих самых частных нефтяных компаний. А восстановить НПЗ — это всегда очень большие затраты, которые на себя государство не берет и компенсации не выдает. И получается, что власть затеяла войну, а частный бизнес теряет деньги и должен эти деньги откуда-то взять. А получить деньги на восстановление НПЗ и других объектов нефтянки очень сложно. Потому что во время войны разгулялась инфляция, кредиты стали очень дорогими. Соответственно крайне тяжело взять деньги для инвестиций. Теперь складывается новая ситуация в российской нефтяной промышленности, когда многие НПЗ не будут восстанавливать. Они останутся поврежденными и не будут возвращены в строй. В РФ начался процесс выбытия производственных мощностей нефтеперерабатывающей промышленности. Первое время там сразу восстанавливали НПЗ и другие поврежденные нефтяные объекты, потому что была убежденность: можно все восстановить, второго прилета украинского дрона не будет. В России есть предприятие, которое атаковали 15 раз. Понятно, что в такой ситуации никто заново строить мощности не будет, потому что это безнадежно. Это пустая трата денег на сложное и дорогое импортное оборудование, так как сама Россия практически ничего не производит. Значит надо покупать за рубежом, видимо, в Китае. А это довольно дорого и сложно. Представьте, что установили это оборудование, и прилетел маленький украинский беспилотник и вновь все взорвал.

Так что отныне никто заново восстанавливать НПЗ не будет. Значит ситуация в энергетической сфере выходит на новый уровень: начинается выбытие мощностей, сжатие производства топлива в РФ.

— Это прямая дорога к кризису всей экономики России?

— Во-первых, упадет экспорт топлива. Россия не очень много экспортировала бензина, но довольно много продавала дизельного топлива. Почти половина всего производства дизельного топлива шла на экспорт. Дело в том, что у России нет большого морского флота, а дизель довольно активно используется на морском транспорте. Москва очень много зарабатывала на продаже за рубеж дизеля. Теперь все это сокращается. В Москве обсуждается вопрос полного запрета экспорта дизельного топлива. Пока решение не принято, но оно уже обсуждается, потому что ситуация становится опасной. Дело в том, что уже начинается трансформация частного нефтяного бизнеса в командно-государственный.

До сих пор в РФ были рыночные правила в управлении нефтяным комплексом. Важным элементом этого была торговля нефтепродуктами на бирже, куда поступал довольно большой их процент.

Чтобы стабилизировать рынок, было принято решение: не весь бензин могут продавать НПЗ, которые принадлежат крупнейшим нефтяным компаниям. Они должны что-то продавать мелкому бизнесу, который также содержит автозаправки по всей России. И поток топлива шел через товарно-сырьевую биржу. На Санкт-Петербургской бирже продавалось 16% всего объема производства бензина.

Когда украинские дроны начали основательно бить по НПЗ и начался дефицит топлива, «Роснефть» предложила резко сократить масштабы биржевой торговли, и чтобы по возможности только государство напрямую распределяло моторное топливо, дизель для сельского хозяйства. И, судя по всему, «Роснефти» удалось протолкнуть свое предложение. Уже объем продажи на бирже сократили с 16% до 10%. И эти 6% будут распределяться в командном режиме госорганами. Судя по всему, это топливо пойдет сельскому хозяйству, чтобы не сорвать уборочную страду.

То есть под влиянием ударов БПЛА в России происходит трансформация нефтяной промышленности из рыночной во все более административно-командную. Возникает рационирование топлива. Россия превращается в Советский Союз с Госснабом, который по всему СССР распределял, а не продавал ресурсы. Дальше этот процесс будет нарастать, потому что развивается механизм рационирования топлива. Как следствие будут нарастать межрегиональные конфликты из-за топлива. Это очень интересный поворот событий. Как только в России возникает острый дефицит общего, нужного товара, возникает и проблема регионального сепаратизма, ограничение доступа людей из других регионов к своему ценному ресурсу. К примеру, это уже проявилось в Краснодарском крае, когда люди из аннексированного Крыма приехали сюда заправляться. Естественно, население Краснодарского края стало сталкиваться с очередями на заправках, с еще большим дефицитом топлива. Тогда краснодарцы начали возмущаться: почему крымчане к нам приезжают и забирают наше топливо, а мы вынуждены как-то выкручиваться?

На днях был опубликован проект постановления губернатора Забайкальского края с идеей запретить транзитный проезд автомобильного транспорта через этот регион. Дело в том, что там идет очень большой поток грузов из Китая. Груз везут не в этот регион, а в другие, но заправляются в Забайкалье. Поэтому на заправках этого региона стало меньше топлива, жители жалуются руководству края. Тогда возникает идея: давайте запретим грузовикам проезд через наш регион, пускай едут как хотят, мы их пускать не будем, потому что они забирают наш бензин. Я это называю региональным сепаратизмом на почве бензина.

— Только ли заправками ограничится кризис?

— Дальше топливный кризис распространится на рынок продовольствия. Потому что из-за проблем с топливом начнут страдать другие отрасли российской экономики. Вероятно, все больше проблем будет в сельском хозяйстве. Для сбора урожая запасов топлива в хозяйствах хватит, но неизвестно, что будет дальше, когда наступит посевная, перевозка сельхозпродуктов и пр. Если часть НПЗ уйдет с рынка, наступит стабильный дефицит топлива, будет высокая цена на горючее, и сельское хозяйство либо не получит топливо, либо получит его по слишком высокой цене. Очевидно, что из-за дефицита топлива в будущем году в российском сельском хозяйстве появятся все более сложные проблемы. Кроме того, уже в ближайшее время проблемы будут с доставкой продуктов питания в магазины. Мне знакомые присылали фотографии из различных городов, на которых полупустые полки магазинов.

Дальше начнет страдать общественный транспорт. Обратите внимание, российские власти начали говорить о необходимости срочно восстановить трамвайное движение в городах. Топлива для общественного транспорта не хватает, а многие города-миллионники не могут существовать без общественного транспорта. Начавшийся в нефтяной промышленности кризис будет захватывать сегмент за сегментом российской экономики и менять образ жизни россиян.

— Как все это отразится на возможностях российской армии в Украине?

— Я думаю, что пока никак. Российские власти оставят население без бензина и топлива, но армию будут снабжать. Это приоритет, который будет все время поддерживаться. Власти будут снабжать армию дизтопливом в ущерб коммерческому транспорту. При переходе на систему рационирования в первую очередь топливо получит транспорт армии, во вторую очередь — транспорт госорганизаций, в третью — пока сельское хозяйство, а все прочие, коммерческий транспорт для перевозки грузов в магазины и население уже по замыкающему принципу.

— Что будет с российским госбюджетом? Киев обещает усилить атаки на нефтяную сферу, которая в значительной мере питала госбюджет…

— Когда сокращается производство и падает продажа топлива, также снижаются поступления НДС и акцизного налога за это топливо. Это серьезная проблема, потому что в цене российского бензина сейчас доля разных видов государственных налогов около 60%. Это означает сразу падение нефтегазовых доходов бюджета. Российский бюджет получает от нефтегазовой промышленности гораздо больше, чем официально обозначено. Акцизы зависят от объема производства и продажи топлива. Они будут падать. И тут появляется новая проблема. Из-за острого дефицита Россия встала на путь импорта бензина и топлива из других стран. Вроде есть соглашение с Индией о поставке 50-60 тысяч тонн бензина. Но, поскольку бензин надо везти морем, нужны специальные корабли-продуктовозы, которых в России нет. Доставка бензина из Индии обойдется в 65-67 рублей за литр.

Получается, что продавать этот бензин на заправках РФ придется за 150-200 рублей за литр. Это слишком дорого. Тогда Москве придется дотировать нефтяные компании, чтобы они удерживали цены на импортный бензин на уровне российского. А это значит, что у бюджета появятся дополнительные расходы. Доходы от нефтянки будут падать, а расходы по широкому кругу операций с нефтяной промышленностью — нарастать, поскольку надо будет дотировать низкие цены. Это тот же путь, по которому шел Советский Союз, где низкие цены на продукты питания были связаны с тем, что практически на рубль затрат на продовольствие, который тратил человек, еще рубль доплачивало государство за счет дотации по продуктам питания. Получается, что в современной России, если гражданин потратит рубль на бензин на заправке, государство из бюджета заплатит еще рубль нефтяным компаниям, чтобы удержать приемлемые цены и не создать катастрофу в экономике. Начинается нарастание объема дотации, который был одним из факторов распада экономики Советского Союза.

— Вы рассказали о межрегиональных проблемах в РФ из-за топливного кризиса. Похожая ситуация с Казахстаном, куда из 16 российских регионов приезжают автомобилисты заправиться и создают очереди на АЗС …

— Насколько мне известно, Россия пыталась получить 50 тысяч тонн бензина у Казахстана, но столкнулась с отказом. Казахстан уже ввел ограничения на экспорт моторного топлива. Можете проверить мой прогноз: скоро в Казахстане будут заправлять автомобили только с казахстанскими номерами. Это вполне возможный вариант. Логика жизни, она простая. Если ты не хочешь, чтобы был дефицит, то наращивай производство или наращивай импорт. У экономики своя жесткая механика. Если нет возможности нарастить предложения, то спрос разрушит рынок, приведет к росту цен, породит какие-то диспропорции. Система начинает отсекать всех, кто не относится к твоему кругу потребителей.

От топливного кризиса в России уже пострадал Кыргызстан. Привязка соседних стран к экономике России, которая оказалась в ситуации ограничений, теперь создает проблемы. Если страны ЕАЭС оставят границы с Россией открытыми, то топливный кризис перекинется к ним. Так как в Казахстане бензин дешевле, чем в России, естественно, заработает черный рынок. Закупил в больших объемах в Казахстане, отправил в Россию, продал с большой прибылью, заработал шикарные деньги.

Или же казахам придется поднимать цены на бензин, что станет ударом по интересам собственного населения. Поэтому придется нарушать правила ЕАЭС и вводить ограничения на вывоз моторного топлива с территорий, продавать только по лимитированию, только своим, под жестким контролем. И усиливать таможенный контроль на границе с Россией. Все это то, к чему приходят страны, которые пытались сотрудничать с Россией. Это понимают в Казахстане, который привык спокойно экспортировать свою нефть через Новороссийск. Но теперь украинцы атакуют новороссийские терминалы. Поэтому Астана активно отрабатывает альтернативный маршрут транспортировки через Азербайджан.

— Если восстановить таможенный, пограничный контроль, ограничить свободу торговли, тогда зачем нужен ЕАЭС?

— Я думаю, что ЕАЭС — не очень полезный механизм, который будет разрушаться. Страны Центральной Азии, в конце концов, переориентируются на Китай. Им выгодно сотрудничать с Пекином, чем оставаться с Москвой. Обратите внимание: при малейших конфликтах РФ начинает манипулировать торговлей. То останавливают импорт армянских фруктов, то азербайджанских помидоров, то в «целях безопасности» ограничивают импорт казахстанских семян и пр. Сейчас сотрудничество с Россией, которая пятый год ведет войну, становится опасным. Потому что РФ переносит свои проблемы в экономику соседних стран ЕАЭС.